9 мая и антифашизм

Возникнув в начале двадцатого века в Италии фашизм в течении 1920-ых 1930-ых годов распространился по всей Европе. Перепрыгнув в Германию, он поскакал по миру: Испания, Румыния, Болгария, Япония: Нечто было общее в это время в историческом развитии Евразии, что проявилось в общей тенденции (со своими особенностями в каждой стране, конечно). После окончания Второй мировой войны в 1946 году, на несколько десятилетий фашизм ушел с активной политической сцены, однако, уже примерно в 1960-ые годы право-националистические, состоящие по большинству из людей выросших после Второй мировой, но вдохновляемые бывшими нацистами-фашистами снова стали пытаться заявлять о себе. Как политические организации или как молодежные субкультуры они стали заметны для СМИ в Западной Европе в 1980-ые годы, а в Восточной Европе — после распада Восточного блока. В том числе, вызрев из разного рода патриотических клубов, в 1990-ые они появились и в России.

Когда вы встречаете современного российского фашиста бессмысленно ему говорить: «Мой дед под Сталинградом:», или рассказывать про ужасы концлагерей. Если он маргинал-скинхэд, он скажет, что Гитлеру не нужно было сопротивляться (видимо, настоящий патриот должен был быть полицаем). Если он политически более грамотен, то из глаз брызнет патриотический блеск. Он докажет, что «так и надо», зато как хорошо было в Третьем Рейхе. «Жидов» — били, кругом — патриотизм, кругом — порядок, экономику подняли, немцев накормили.

Антисемитизм, расизм, национализм — это хотя и важная, но все-таки идеологическая шелуха фашизма. Его политическое кредо важнее. Это:
1. прежде всего сильное авторитарное государство.
2. жесткий диктаторский режим.
3. предельный милитаризм — все общество и экономика начинают готовиться к войне.

Для радикально-правых нацистская Германия очень удобный исторический пиар, растянутый во времени. Не случайно символ РНЕ — коловрат, навязчиво напоминающий свастику. Флаг НБП — «кровь» и белое яблоко, в котором вместо свастики «серп и молот», нарисованные так, что сильно похожи на нее.

Факт остается фактом — радикальная часть правых в нашей стране использует эстетику и некоторые идеи Третьего Рейха в пропагандистских целях. При этом на место мифологии древней Германии привносится славянская мифология (у некоторой части правых скинхэдов) или православие и святые РПЦ. История мифологизируется, из нее извлекаются отдельные персонажи или события, которые начинают олицетворять определенные моменты идеологии (например, у НБП — «день русской нации», т.е. Ледовое побоище 1242 года). Чем дальше развивается правая партия, тем больше у нее потребность в такой оторванной монументальной мифологизации. В политике лидеры таких партий, конечно, циничные рационалисты, мозг же их живет часто в образах не имеющих отношение к современной истории и ее реалиям.

Проблемным вопросом правой мифологизации остается также вопрос с «арийской расой». Серьезные антропологи, историки, биологи как правило мало касаются этой темы, опасаясь сильной идеологической вони, которой от нее несет. Однако, попытки «научно доказать», основываясь на действительных фактических физиологических различиях между расами, преимущество одной расы перед другой, то есть «научно обосновать» необходимость и естественность неравенства, навряд ли закончены в истории науки.

С другой стороны, государственная пропаганда каждый раз 9 мая мало акцентируется на антифашизме. Это слишком зыбкая и несвойственная ей почва. Государственные СМИ в праздничные < и > предпраздничные дни больше обращают внимание на усилия советского общества или отдельных людей, которые были предприняты для военной победы над фашистской Германией. Мы видим военные парады (театрализованная демонстрация военной силы), по телевидению — фильмы про войну, среди которых последнее время примешиваются православные мотивы.

В магазинах появляются плакаты, посвященные праздничной дате. Начиная с 4 мая, в обществе с помощью СМИ и других приемов создается ощущение праздника. Государство в эти дни умышленно не делает особого акцента на антифашизме. Оно в этом не заинтересовано. Логически доведенный до конца антифашизм ставит неприятные для государства вопросы.

Лет через двадцать живых ветеранов почти не останется. Бессмысленным станет использование аргументов в стиле «Мой дед:». Значит — нужно нацеливаться на другое. Патриотический антифашизм  — слишком двухсмысленнен. В пропаганде нужно ни просто развенчивать мифы. Нужно использовать инструменты и материалы, чтобы наглядно бить в самый костяк мировоззрения правых и радикально-правых. Их идеология: идеология неравенства, идеология превосходства, этика «новой морали», то есть бить туда, на чем основывается их моральная уверенность в своей правоте.

Любимый радикально-правыми Фридрих Ницше сначала в «Так говорил Заратустра» написал, что, мол, государство — это чудовище. Мол, «скорее разбейте окна и прыгайте вон». Потом, дальше размышляя над проблемой «смерти бога», пришел к выводам об «Уберменшах» (сверхчеловеках) и новой морали. Рассуждал он так: бог — как понятие человеческой культуры умер. Если умер бог, значит умерла старая этическая система: возмездие за грех, загробная жизнь — все это фантазии. Значит — человек освобожден от внутренних сдерживающих оков и может делать что хочет. Значит нравственно убить другого для достижения своей цели. Почему? Потому что нравственно подняться над собой и достичь цели.

За несколько десятилетий до того как Ницше написал это да и вообще научился читать и писать, другой философ — Макс Штирнер тоже рассуждал на эту тему. Как и первый он тоже был мыслитель-одиночка. Рассуждая о том же самом и с того же самого места, он пришел совсем к другому. «Бог» — это ни какой-то отдельный человек, поднявшийся благодаря своей воле над остальными, а — каждый человек.

Конечно, ни Штирнер, ни Ницше — это ни те персонажи, от которых нужно отталкиваться в идеологии антифа-агитации сегодня. Но их воззрения — интересный показатель того, как одна и та же мировоззренческая проблема, которая через пол-века ляжет в основу мировоззрения некоторых фашистских лидеров, порождает противоположные ответы.

Нужно внимательнее переосмыслить исторические и мировоззренческие корни фашизма. Рассмотреть ни как историческую абстракцию прошлого века. Рассмотреть для того, чтобы его можно было использовать как эффективный идеологический аргумент, доказывающий что фашизм — это ни просто лишь «точка зрения», а кто «на самом деле прав — не известно». Что это — принципиально ошибочная точка зрения. Большинство людей на самом деле воспринимает такие истины интуитивно. Иногда приходит к ним на основании личного случайного опыта. Большинству людей наплевать на всякие там тонкости: Штирнер, Маркс, социализм, франкизм. Тем не менее нам, автономам, понимание механизмов фашизма может дать многое.

Кирилл Горбатов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *